Основания тибетской духовности
Feb. 9th, 2013 05:54 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
totaltelecomИстория тибетского буддизма, да и Тибета в целом, традиционно излагается в довольно сусальных тонах. Удивительное общество, где монахи составляли едва ли не четверть всего населения, сотни монастырей, приютившие десятки тысяч аскетов, выдающиеся праведники и святые - всё это создаёт вокруг истории Тибета и религии его жителей романтический, возвышенный флёр чего то исключительного, не имеющего прецедентов во всём мире.
Статья Майкла Паренти "Дружественный феодализм: миф о Тибете" (англоязычный оригинал здесь) рисует куда менее гладенькую картинку. Как в некоторых других материалах, с которыми я сталкивался, живописуются "свинцовые мерзости" общества, застрявшего в Средневековье. Причём скорее в Тёмных веках, с характерной для них жестокостью, пронизывающей все стороны жизни человека. Никакого гуманизма и сострадания, кроме как в проповедях и риторике. Как и другие исследователи, Паренти утверждает, что пытки, телесные наказания и произвол власть имущих - помещиков и лам, - носили в Тибете массовый характер. Выкалывание глаз, отрубание конечностей, специальный пыточный инструмент для маленьких детей - всё это очень и очень далеко от идеалов сострадательного созерцания, вроде бы присущих буддизму вообще и тибетскому в частности.
Понятное дело, что у меня нет возможности лично удостовериться, что Паренти, как и остальные критики тибетских лам, ничего не переврали, не сгустили и не приукрасили. Но что я точно могу оценивать самостоятельно, это доступные мне артефакты тибетского ламаизма. Меня всегда удивляло обилие в них образов, нагруженных эмоциями страха и отвращения - все эти бесконечные гирлянды черепов, страхолюдные морды богов и демонов, страдания и корчи грешников. Всё очень ярко, выпукло и, обращаю внимание ещё раз, внушает именно страх.
Для сравнения в той системе, которая стала известна благодаря книгам Карлоса Кастанеды, ничего такого не только нет, но и не может быть. Потому что все эти ужасающие (да и любые иные) образы трактуются как формы, собранные человеческим внимание и нагруженные человеческими же смыслами. Для "людей знания" никакого ада нет, как нет чертей, демонов, души и практически всего остального, чем забиты под завязку прочие религии. В своих йога-сутрах Патанджали также утверждает иллюзорность любых эмоционально нагруженных образов. И необходимость научиться такому самоконтролю, при котором сознание прекращает их порождать.
Поэтому у меня возникает вопрос: как такое якобы продвинутое учение как ламаизм (тибетский буддизм) ухитрилось застрять в мире примитивных образов? Ознакомление с людоедскими социальными практиками, которые царили в Тибете, наводит на мысль, что причины коренятся именно в политэкономической плоскости. Точнее, в идеологической. На протяжении столетий монастырский истеблишмент - Далай-ламы и прочие носители шафрановых одежд, - занимали место на самом верху пирамиды власти. Соответственно, они использовали все средства для поддержания выгодного им порядка вещей. Пытки и казни, конечно, дело хорошее, но не нужно недооценивать и нематериальные стимулы. Всё это время буддизм использовался для обоснования, оправдания и защиты существующего порядка вещей. А поскольку манипулировать страхом куда удобнее и проще, нежели любовью (если последнее вообще возможно), ламы неизбежно скатились в ужастики и примитивное запугивание подвластного "лохотората". Как сказано в одном из сочинений Ордена иезуитов, необходимо всеми силами культивировать в пастве страх Божий, причём страх не столько сыновий, сколько рабский.
Отсюда логично вытекает уйма довольно таки актуальных вопросов: в какой степени современный тибетский буддизм смог осознать специфику, скажем так, своих истоков? Насколько он свободен от настроений, которыми поневоле пропитался (хотя бы чуть-чуть) во времена ничем не ограниченной жестокости и произвола? Насколько уместны и адекватны попытки множества наших современников воспринять и букву, и дух тибетских учителей? Осознают ли они ВЕСЬ контекст, в котором возникли и развились эти духовные практики? Задумываются ли над тем, из чего испечен этот манящий их пирог? Готовы ли, грубо говоря, лакомиться человечинкой?
Статья Майкла Паренти "Дружественный феодализм: миф о Тибете" (англоязычный оригинал здесь) рисует куда менее гладенькую картинку. Как в некоторых других материалах, с которыми я сталкивался, живописуются "свинцовые мерзости" общества, застрявшего в Средневековье. Причём скорее в Тёмных веках, с характерной для них жестокостью, пронизывающей все стороны жизни человека. Никакого гуманизма и сострадания, кроме как в проповедях и риторике. Как и другие исследователи, Паренти утверждает, что пытки, телесные наказания и произвол власть имущих - помещиков и лам, - носили в Тибете массовый характер. Выкалывание глаз, отрубание конечностей, специальный пыточный инструмент для маленьких детей - всё это очень и очень далеко от идеалов сострадательного созерцания, вроде бы присущих буддизму вообще и тибетскому в частности.
Понятное дело, что у меня нет возможности лично удостовериться, что Паренти, как и остальные критики тибетских лам, ничего не переврали, не сгустили и не приукрасили. Но что я точно могу оценивать самостоятельно, это доступные мне артефакты тибетского ламаизма. Меня всегда удивляло обилие в них образов, нагруженных эмоциями страха и отвращения - все эти бесконечные гирлянды черепов, страхолюдные морды богов и демонов, страдания и корчи грешников. Всё очень ярко, выпукло и, обращаю внимание ещё раз, внушает именно страх.
Для сравнения в той системе, которая стала известна благодаря книгам Карлоса Кастанеды, ничего такого не только нет, но и не может быть. Потому что все эти ужасающие (да и любые иные) образы трактуются как формы, собранные человеческим внимание и нагруженные человеческими же смыслами. Для "людей знания" никакого ада нет, как нет чертей, демонов, души и практически всего остального, чем забиты под завязку прочие религии. В своих йога-сутрах Патанджали также утверждает иллюзорность любых эмоционально нагруженных образов. И необходимость научиться такому самоконтролю, при котором сознание прекращает их порождать.
Поэтому у меня возникает вопрос: как такое якобы продвинутое учение как ламаизм (тибетский буддизм) ухитрилось застрять в мире примитивных образов? Ознакомление с людоедскими социальными практиками, которые царили в Тибете, наводит на мысль, что причины коренятся именно в политэкономической плоскости. Точнее, в идеологической. На протяжении столетий монастырский истеблишмент - Далай-ламы и прочие носители шафрановых одежд, - занимали место на самом верху пирамиды власти. Соответственно, они использовали все средства для поддержания выгодного им порядка вещей. Пытки и казни, конечно, дело хорошее, но не нужно недооценивать и нематериальные стимулы. Всё это время буддизм использовался для обоснования, оправдания и защиты существующего порядка вещей. А поскольку манипулировать страхом куда удобнее и проще, нежели любовью (если последнее вообще возможно), ламы неизбежно скатились в ужастики и примитивное запугивание подвластного "лохотората". Как сказано в одном из сочинений Ордена иезуитов, необходимо всеми силами культивировать в пастве страх Божий, причём страх не столько сыновий, сколько рабский.
Отсюда логично вытекает уйма довольно таки актуальных вопросов: в какой степени современный тибетский буддизм смог осознать специфику, скажем так, своих истоков? Насколько он свободен от настроений, которыми поневоле пропитался (хотя бы чуть-чуть) во времена ничем не ограниченной жестокости и произвола? Насколько уместны и адекватны попытки множества наших современников воспринять и букву, и дух тибетских учителей? Осознают ли они ВЕСЬ контекст, в котором возникли и развились эти духовные практики? Задумываются ли над тем, из чего испечен этот манящий их пирог? Готовы ли, грубо говоря, лакомиться человечинкой?
