“В Донбассе” или “На Донбассе”?
Sep. 27th, 2015 08:12 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
totaltelecomПоучаствовал в небольшой дискуссии на тему политической топонимики. В данном случае обсуждался вопрос каким должно быть идеологически выдержанное управление топонимом “Донбасс”, какой предлог обязаны использовать для этого сознательные граждане. Сам я привык говорить “на Донбассе”, эта форма кажется мне наиболее благозвучной, она же, субъективно, абсолютно доминировала в моём окружении все последние годы. Когда в связи с известными событиями мне всё чаще стало встречаться “в Донбассе”, в голову первой пришла мысль об очередных происках Тёмного Властелина.
Мне не нужно рассказывать, насколько системно и эффективно организовано управление дискурсом в современной России. Отличный, просто замечательный пример этого можно найти в блоге Андрея Илларионова. Он задался целью выяснить как менялось словоупотребление топонима "Украина" в официальной коммуникации российской власти. Выясняется, что с момента вступления В.Путина в должность президента вплоть до 1 марта 2004 г. все без исключения официальные документы, размещенные на сайте президента России, использовали форму «в Украине». Начиная с 5 апреля 2004 г. подавляющее большинство официальных документов (1963 документа из 1974, или 99,4%) использовали форму «на Украине».
Дабы лично разоблачить Извечного Врага, предпринял небольшое исследование. Чтобы не размениваться на мелочи сразу обратился к хранилищам советской периодики. С удивлением обнаружил, что и в 30-40-е годы, и накануне распада СССР в печати абсолютно доминировала форма "в Донбассе". Из комментариев специалистов по русской филологии вырисовалась следующая картина. Слово "Донбасс" является сокращением от "Донецкий бассейн". Поскольку в русском языке слово "бассейн" управляется предлогом "в", эта норма распространяется и на его производные. Аналогично разного рода аббревиатуры вроде СССР или ВУЗ управляются так же, как их главное (означаемое) слово, в данных случаях это "союз" и "заведение". Форма "на Донбассе" является просторечной и традиционно была широко распространёна в народных массах. Однако правильная литературная речь предполагает говорить и писать "в Донбассе".
Что тут сказать: логика такого словоупотребления понятна. В отличие от "в/на Украине" во главу угла поставлено более чем понятное и очевидное для каждого носителя русского языка рассуждение. И это не вопрос о субъектности, иначе бы в советском дискурсе использовался вариант "на Донбассе", а за "в Донбассе" давали бы немалый срок. Остальные аргументы и контраргументы вы можете прочитать и оценить сами. Главный вопрос, который стал причиной дискуссии, можно сформулировать следующим образом: до каких пределов нам, украинцам, уместно видоизменять сложившиеся нормы и традиции русского языка в своём противостоянии враждебным дискурсивным практикам? Где та граница, которую не стоит переходить и есть ли она вообще? Насколько сильно может отличатся суверенная украинская версия русского языка от той, что находится под покровительством российского государства?
Например, не стоит ли писать вместо "что" - "што"? Не проблема подвести под такое решение серьёзную базу. Введение принципа "как слышится, так и пишется" само по себе является революционным шагом в сторону, например, итальянского или испанского языков, правописание которых является куда более регулярным (стройным, прозрачным, логичным), нежели в немецком или французском, где сохранилось заметно больше архаичных черт. Тектонические потрясения в сфере политики, которые пережили носители русского языка в начале ХХ не случайно сопровождались не менее масштабными реформами правописания. Можете освежить в памяти как выглядела письменная русская речь ещё в начале прошлого века. Разница очевидна.
Однако и переход на "што" вовсе не является вершиной революционной мысли. Можно пойти дальше, много дальше. Что может помешать нам вернуться к своим истокам и зафиксировать как литературную норму украинского русского такую самобытную, 100% украинскую форму как "шо"? Про человека, который говорит "шо", "га" и "перекручування" можно сказать и подумать многое, но в одном можно быть уверенным наверняка - это не кацап. По нынешним временам, согласитесь, это дорогого стоит. В общем, есть над чем подумать и что обсудить.
Готовых ответов нет, выбор вариантов за нами.
Мне не нужно рассказывать, насколько системно и эффективно организовано управление дискурсом в современной России. Отличный, просто замечательный пример этого можно найти в блоге Андрея Илларионова. Он задался целью выяснить как менялось словоупотребление топонима "Украина" в официальной коммуникации российской власти. Выясняется, что с момента вступления В.Путина в должность президента вплоть до 1 марта 2004 г. все без исключения официальные документы, размещенные на сайте президента России, использовали форму «в Украине». Начиная с 5 апреля 2004 г. подавляющее большинство официальных документов (1963 документа из 1974, или 99,4%) использовали форму «на Украине».
Дабы лично разоблачить Извечного Врага, предпринял небольшое исследование. Чтобы не размениваться на мелочи сразу обратился к хранилищам советской периодики. С удивлением обнаружил, что и в 30-40-е годы, и накануне распада СССР в печати абсолютно доминировала форма "в Донбассе". Из комментариев специалистов по русской филологии вырисовалась следующая картина. Слово "Донбасс" является сокращением от "Донецкий бассейн". Поскольку в русском языке слово "бассейн" управляется предлогом "в", эта норма распространяется и на его производные. Аналогично разного рода аббревиатуры вроде СССР или ВУЗ управляются так же, как их главное (означаемое) слово, в данных случаях это "союз" и "заведение". Форма "на Донбассе" является просторечной и традиционно была широко распространёна в народных массах. Однако правильная литературная речь предполагает говорить и писать "в Донбассе".
Что тут сказать: логика такого словоупотребления понятна. В отличие от "в/на Украине" во главу угла поставлено более чем понятное и очевидное для каждого носителя русского языка рассуждение. И это не вопрос о субъектности, иначе бы в советском дискурсе использовался вариант "на Донбассе", а за "в Донбассе" давали бы немалый срок. Остальные аргументы и контраргументы вы можете прочитать и оценить сами. Главный вопрос, который стал причиной дискуссии, можно сформулировать следующим образом: до каких пределов нам, украинцам, уместно видоизменять сложившиеся нормы и традиции русского языка в своём противостоянии враждебным дискурсивным практикам? Где та граница, которую не стоит переходить и есть ли она вообще? Насколько сильно может отличатся суверенная украинская версия русского языка от той, что находится под покровительством российского государства?
Например, не стоит ли писать вместо "что" - "што"? Не проблема подвести под такое решение серьёзную базу. Введение принципа "как слышится, так и пишется" само по себе является революционным шагом в сторону, например, итальянского или испанского языков, правописание которых является куда более регулярным (стройным, прозрачным, логичным), нежели в немецком или французском, где сохранилось заметно больше архаичных черт. Тектонические потрясения в сфере политики, которые пережили носители русского языка в начале ХХ не случайно сопровождались не менее масштабными реформами правописания. Можете освежить в памяти как выглядела письменная русская речь ещё в начале прошлого века. Разница очевидна.
Однако и переход на "што" вовсе не является вершиной революционной мысли. Можно пойти дальше, много дальше. Что может помешать нам вернуться к своим истокам и зафиксировать как литературную норму украинского русского такую самобытную, 100% украинскую форму как "шо"? Про человека, который говорит "шо", "га" и "перекручування" можно сказать и подумать многое, но в одном можно быть уверенным наверняка - это не кацап. По нынешним временам, согласитесь, это дорогого стоит. В общем, есть над чем подумать и что обсудить.
Готовых ответов нет, выбор вариантов за нами.
