О вещах самоочевидных
Aug. 30th, 2014 10:29 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
totaltelecomВсякого рода "общеизвестные" и "самоочевидные" вещи вроде принципа распределения дохода в социуме как функции от величины этого дохода имеют для меня несколько принципиальных изъянов.
1. Они основываются на тенденциозном, часто до неприличия, наборе данных. Отличный пример обнаружил не так давно по ходу памятной дискуссии с Валерием Пекаром. Он посоветовал ознакомиться с книгой "Насилие и социальные порядки", в которой-де всё очень хорошо разложено. Нашёл я эту книгу, начинаю читать и буквально в первой же главе обнаруживаю следующий пассаж:
Простой пример устойчивой корреляции между политическим и экономическим развитием показан в Табл. 1.1. Эта таблица включает в себя тридцать наиболее богатых стран, оцениваемых по доходу на душу населения в 2000 г., и рейтинг каждой страны в Polity IV, учитывающий степень развития демократии. Измерение степени развития демократии сводит воедино информацию по качеству политических институтов: политический доступ, политическую конкуренцию и ограничения, накладываемые на исполнительную власть.
Из тридцати самых богатых стран доход четырех основан главным образом на нефти, но у них самый низкий уровень демократии. Другие пять стран слишком малы для того, чтобы данные о них можно было принимать в расчет. Из оставшейся двадцати одной страны все, кроме Франции и Сингапура, имеют самый высокий рейтинг политических институтов. Таблица показывает, что высокий доход и развитые политические институты тесно связаны.
Вы только подумайте - из тридцати элементов множества автор без колебаний отбросил как нерелевантные девять, почти треть. Из оставшихся двадцати одного два случая тоже не укладываются в его "стройную" концепцию. Тем не менее, он предлагает считать её наглядно и убедительно показанной.
2. Такого рода зависимости предлагается считать чем-то неизменным, данным свыше, имманентным природе человека и человеческих сообществ. Мне лень обсуждать эпистемологические изъяны такого подхода. Ограничусь заявлением, что полагаю возможным воздействовать на социальные процессы и структуры, добиваясь значительных отклонений от средневзвешенных значений. Чем, собственно, и занимаются в подлунном мире все кому не лень. С разной степенью успешности, конечно. Но иногда получается очень даже неплохо. Примером чего можно считать тот же Сингапур или Грузию. Хоть в чём то позитивном эти страны преуспели, выбившись из обычного шаблона.
1. Они основываются на тенденциозном, часто до неприличия, наборе данных. Отличный пример обнаружил не так давно по ходу памятной дискуссии с Валерием Пекаром. Он посоветовал ознакомиться с книгой "Насилие и социальные порядки", в которой-де всё очень хорошо разложено. Нашёл я эту книгу, начинаю читать и буквально в первой же главе обнаруживаю следующий пассаж:
Простой пример устойчивой корреляции между политическим и экономическим развитием показан в Табл. 1.1. Эта таблица включает в себя тридцать наиболее богатых стран, оцениваемых по доходу на душу населения в 2000 г., и рейтинг каждой страны в Polity IV, учитывающий степень развития демократии. Измерение степени развития демократии сводит воедино информацию по качеству политических институтов: политический доступ, политическую конкуренцию и ограничения, накладываемые на исполнительную власть.
Из тридцати самых богатых стран доход четырех основан главным образом на нефти, но у них самый низкий уровень демократии. Другие пять стран слишком малы для того, чтобы данные о них можно было принимать в расчет. Из оставшейся двадцати одной страны все, кроме Франции и Сингапура, имеют самый высокий рейтинг политических институтов. Таблица показывает, что высокий доход и развитые политические институты тесно связаны.
Вы только подумайте - из тридцати элементов множества автор без колебаний отбросил как нерелевантные девять, почти треть. Из оставшихся двадцати одного два случая тоже не укладываются в его "стройную" концепцию. Тем не менее, он предлагает считать её наглядно и убедительно показанной.
2. Такого рода зависимости предлагается считать чем-то неизменным, данным свыше, имманентным природе человека и человеческих сообществ. Мне лень обсуждать эпистемологические изъяны такого подхода. Ограничусь заявлением, что полагаю возможным воздействовать на социальные процессы и структуры, добиваясь значительных отклонений от средневзвешенных значений. Чем, собственно, и занимаются в подлунном мире все кому не лень. С разной степенью успешности, конечно. Но иногда получается очень даже неплохо. Примером чего можно считать тот же Сингапур или Грузию. Хоть в чём то позитивном эти страны преуспели, выбившись из обычного шаблона.
