Наследие Игоря Смирнова, часть 1

[totaltelecom]

Научное, творческое и всякое другое наследие Игоря Смирнова ценно для нас тем, что оно:

1. Хорошо известно на Западе. Стало быть способно сыграть роль одной из отправных (реперных) точек в коммуникации с наиболее многочисленными, влиятельными и ресурснообеспеченными исследовательскими сообществами стран первого мира.
2. Внятно и в достаточном объёме изложено. Стало быть в состоянии играть роль материала (исходного Тезиса) для наших собственных рефлексий.
3. Сосредоточено на аспектах психики, изучением которых поглощены и вышеупомянутые инженерные и научные сообщества Первого Мира. Самоопределившись относительно смирновского наследия, мы сможем дифференцироваться, отстроиться и от многих прочих. Тем самым уточнив своё (надеюсь, уникальное) место на карте научного и прикладного Знания.

В чём ценность подхода, реализованного Смирновым? Традиционно (с незапамятных времён) основным инструментом для работы с психикой одного индивида являлась психика другого индивида - учителя, наставника, гуру (фасилитатора). Также широко применялись психоактивные вещества и воздействие посредством специфических раздражителей (страх, боль, разные формы сенсорной депривации, голод и т.п.), но их роль, как правило, заключалась в приведении реципиента в определённые состояний, наиболее удобные с точки зрения работы фасилитатора. Ключевым элементом работы с психикой оставался компетентный фасилитатор и специфические ресурсы его психики: внимание, концентрация, способность к целенаправленному влиянию на психику реципиента и т.п.

Игорь Смирнов обосновал и развил до уровня психотехники (то есть эмпирически подтверждённого успешного метода) качественно иной подход. В рамках этого подхода ключевым фактором взаимодействия становятся именно приборные средства. С их помощью моделируются особые условия, нахождение в которых психики реципиента способствует достижению целей влияния. Моделирование подобных условий традиционно являлось предметом особого мастерства фасилитатора или же вообще не достижимо в случае взаимодействия человека с человеком: генерация подпороговых сигналов, прямой съём информации о состоянии ЦНС и других систем организма (ЭЭГ и т.п. измерительные методы), работа с факторами, трудно- или вовсе недоступными для человеческой физиологии (микроинтервалы времени, электромагнитные и другие физические поля).

По сути, в рамках этого подхода открыт спектр возможностей, недостижимых или труднореализуемых обычным способом "глаза в глаза".

Развитием этих идей Смирнова стала концепция интегрального интеллекта - человеко-компьютерных систем. В своих работах «Психотехнологии» и «Психоэкология» он писал о третьем направлении своих разработок - психообратной связи (psychofeedback, mental feedback), при которой возникает замкнутая система - человек-машина.

Отдельного внимания заслуживает предложенный Смирновым взгляд на человека как информационную систему в информационной же среде его обитания. Хотя его, Смирнова, взгляды на вопрос о субъектности/объектности человека пока для меня неясен. Хотя, конечно, дискурс "изучения, контроля и прогноза поведения и состояния человека" и "Психотехнологии - это компьютерные технологии, позволяющие диагностировать, корректировать и управлять психическим и физическим состоянием человека, используя его семантическую память, то есть подсознание" оставляет немного места для надежды.

С другой стороны, имеют признаки определённой эволюции Смирнова как учёного и теоретика. В своём втором основном труде - Психоэкологии, - им выдвинута идея Семантического резонатора, целью которого Русалкина определяет "максимальное использование возможностей человеческой психики". С её слов сам автор видел это так: «С научной и с практической точек зрения семантический резонатор предполагает дать возможность человеку через посредство своего сознания, то есть волевым произвольным путем резко увеличить способности самоуправления и получить доступ к зонам памяти, недоступным обычно: блокаде болевой чувствительности, морфогенезу в ранах, восстановлению соматических поражений, мгновенному счету и экстренной глобальной памяти и многому другому».

На момент написания «Психоэкологии» были разработаны сложные алгоритмы, которые должны были лечь в основу системы. Алгоритмически система основывается на явлении киндлинга - раскачки клеток головного мозга, и на некоторых других проявлениях мозговой деятельности. Смерть учёного прервала работу над Резонатором.

Стоит отметить, что работы Смирнова на 100% могут быть описаны в терминах западной neuroscience.

Comments

[denis-poltavets.livejournal.com]

Считаю, что труды Смирнова следует изучать именно в терминах т.н. "нейронаук". Центральной для советской науки всегда была проблема языка: с одной стороны, СССР настаивал на развитии "нашей, советской науки" и тем самым стимулировал разделение понятийного аппарата советских и остальных ученых. С другой, советским ученым нужно было хоть как-то поддерживать обмен с учеными остального мира. Сегодня мы знаем также, что вербальное и даже математическое описание природных феноменов принципиально не может быть полным, поскольку выделение самих феноменов уже основано на каких-то положениях, принятых на веру. А уж использование естественных языков и тем более - исторически сложившихся понятий (напр., "душа") для указания на нечто-в-нас - есть попросту глупость, возведенная в ранг науки.

В этой связи предлагаю в дальнейшем пользоваться терминологией и образным языком "западников", в надежде не только быть понятными и самим понимать, но и превзойти их в их же достижениях :)

[totaltelecom.livejournal.com]

Учитывая ресурсное обеспечение западных душелюбов и людоведов, не могу не согласиться с тезисом о целесообразности разговора на одном с ними языке. Но! Что делать в тех случаях, когда принятая ими парадигма мешает им уловить некие значимые с нашей точки зрения аспекты предмета? Если она неадекватна или не оптимальна для описания неких конкретных аспектов?

Аксиоматика в высокой степени (если не полностью) детерминирует не только гносеологию, но и праксеологию (прости меня, Александр Сергеевич, за поругание русского языка!!!)

[denis-poltavets.livejournal.com]

Думаю, что аксиоматика детерминирует практику целиком и полностью, к сожалению. Именно поэтому нужно хорошенько, на уровне первичных образов, усвоить основные понятия,с которыми нам хочется поиметь дело. Взять хотя бы ту же самую волю - что за зверь такой? Ведь мы же кладем этот камень в самый центр сути подхода. Но если почитать книжки, где воля описана в подробностях, выходит, что нам не всякая "воля" годится в работу, поскольку умнейшие люди признают, что воля сама по себе - слепа и глуха к потребностям индивида, относится к конкретному телу примерно также, как электрический ток относится к проводам. Однако ж здесь важно не застрять, помня, что в любом случае мы не хотим и пока не можем дать окончательных ответов на Главный Вопрос Жизни, Вселенной и Вообще. Мы хотим помочь конкретному человеку достичь большей свободы от оков тяжелого эволюционного прошлого, от генетических цепей вида и прочего в этом духе. В этом смысле и представляет интерес эволюционная психология: грубо говоря, мы можем выделить 37 психологических (поведенческих?) модели, характерных для высших приматов, соотнести их с поведением клиента и заявить ему примерно следующее: у вас перенапряжены врожденные демоны (от daemon - в системах класса UNIX — служба, работающая в фоновом режиме без прямого общения с пользователем) борьбы за социальный ранг и поискового поведения, а посему давайте проведем переоценку ценностей, в той мере, в какой вы не считаете себя совсем обезьяной.

И по поводу заграничных мозгоправов: если "ихний" язык описания нам перестанет подходить, обратимся к ихним же философским трудам - такое мое предложение.